- Ну… - я сделал в воздухе неопределённый жест рукой. - Антон… Или чех, что ли?

Антон вздохнул. Поставил ногу за ногу. Поднял голову.

- Меня зовут Энтони Джеральд Спенсер Колвилл, младший граф Мерсисайд.

…Помнится, я сказал одно-единственное слово, очень точно отражавшее моё настроение. Я сказал:

- Дурдом…

Это вовсе не значило, что я не поверил. Наоборот! Поверил, сразу! Почему? Не знаю… Наверное, потому что всегда мечтал о приключениях, а при одних этих словах - " Энтони Джеральд Спенсер Колвилл, младший граф Мерсисайд " - повеяло Киплингом, Хайнлайном, "Первым рыцарем" и сериалом про Горца.

Короче, я поверил разом, как прыгают в холодную воду. Но иных слов, кроме "дурдом" у меня не нашлось. Зато нашёлся вопрос:

- А эти… Сергеич и Витёк… Они кто?

- Если бы я знал, - вздохнул Ан… Энтони. - Прицепились ко мне в Санкт-Петербурге. Я думал, что стряхну их с себя - не поехал на поезде, рванул сюда на мотоцикле. Догнали, хитрые…

- А что им нужно? - быстро спросил я. - Тоже не знаешь?

Энтони посмотрел на меня в упор, не мигая. Я не отвёл взгляда, и он медленно сказал:

- Нет. Как раз это я знаю.

Потом тронул кассеты в стойке, отведя взгляд. Длинно вздохнул - и словно на что-то решился:

- Знаешь, что?… Давай сейчас ты всё-таки подержишь своего Геббельса, а то я и лопнуть могу… Потом, если ты это не сочтёшь за наглость, мы что-нибудь поедим. А потом я тебе всё расскажу. Ну а уж ты сам решишь.

- Что… решу? - осторожно спросил я. Энтони снова вздохнул и сказал:

- Сможешь ли ты мне помочь. И захочешь ли…

…Не очень приятно развивать "туалетную" тему, но куда денешься? Пока я привязывал Геббельса, Энтони нашёл "совмещённый санузел" - там располагались и душ, про который я говорил вчера вечером, и хранилищем зерна для кур (которых сейчас всё равно не было). И вернулся он оттуда какой-то растерянный: